ЦЕНТР ХУДОЖЕСТВЕННОГО ОБРАЗОВАНИЯ ГБПОУ "Воробьёвы горы"
Фото В. А. Константинов. Двор между 5-м и 6-м корпусами Дворца пионеров
Осень 2016
Главная » Статьи » Статьи методического кабинета ЦХО МГДД(Ю)Т

История и традиции Русского бала
Зарождение русской бальной культуры
Слово «бал» - французское заимствование и, как указывает М. Фасмер, впервые засвидетельствовано в русском языке у князя Куракина в 1705 году. Французское существительное «bal» происходит от старо – французского глагола «ballet» - «танцевать», который сохранился в современном языке лишь в форме причастия настоящего времени «ballant». Встречаются и другие, порой весьма любопытные объяснения происхождения данного слова. Одно из них приводит М.И. Пыляев: «В немецких деревнях на второй и третий день Пасхи молодые девушки обыкновенно собирались с тем, чтобы поднести своим подругам, вышедшим замуж, по мячику, набитому шерстью или лопухом». Сперва мячик натыкался на длинный шест, и его носили по всей деревне с песнями, потом шест вдевали в землю перед домом новобрачных, а ей самой подносили мячик. Молодая обязывалась угостить все общество и поставить девушкам и юношам безвозмездно угощение и музыку для танцев. Сколько было молодых замужних женщин, столько давалось мячей или балов, т.е. вечеринок с танцами. Иными словами выражение «давать балы» связано со словом «ball» - «мяч». Однако подобное объяснения, по-видимому, следует считать народной этимологией.
В Европе традиция светских балов начинает формироваться в XIV веке. При Марии Медичи балы приобретают все большую популярность во Франции, продолжают распространяться при Генрихе IV, а со времен правления Людовика XIV становятся неотъемлемой частью придворных празднеств.
В России бальная культура начинает развиваться в эпоху петровских времен. Бал, появившийся в России в начале XVIII века как элемент
элемент западноевропейской культуры, искусственно привитый на русской почве, вступил в противоречие с традиционной культурой нашей страны и нарушил некоторые основы ее общественной жизни.
Прежде всего, благодаря преобразованию Петра I был отменен ранее соблюдавшейся запрет на танцы, в рамках светского общения. Конечно, несправедливо было бы утверждать, что допетровская Русь не была знакома с танцевальным творчеством: развивались формы народного танца, при дворе русских царей можно было встретить заезжих иностранных танцоров и местных скоморохов, но цари и их окружение выступали в роли зрителей и редко сами принимали участие в подобных забавах. Во многом это объяснялось позицией аскетически – монашеского православия с его резко отрицательным отношением к играм, танцам и другим формам развлечений.
Христианская религия с ее догматом «греховности плоти» публично произносила анафему танцу. Недаром представление о собраниях темных сил непременно включали в себя танцевальный элемент (вспомним описание Вальпургиевой ночи в «Фаусте»). Таней приобрел демонологическое значение, стал восприниматься как дьявольское орудие обольщение. Метафорически саму смерть не раз представляли через танцевальные образы: широкое распространение в XV веке после эпидемии чумы в Европе получила легенда о «пляске смерти». Мотив «пляски смерти» нашел отражение и в русской апокрифической традиции. Хотя Возрождение несколько смягчило отношение к танцу, а некоторые его представители, как Фра Анжелико и Данте, даже отнесли его к божественной области, изображая хороводы ангелов (развитие этой темы приведет к появлению идеи танцующего Бога!), полной реабилитации танца не произошло.
В России аскетические догмы о греховности танца еще глубже проникли в общественное сознание. В допетровской Руси представители привилегированных сословий смотрели на танец как на дело позорное, бесовское и недостойное порядочного человека. Характеризуя жизнь столичного боярства XVII века, С. Коллинс отмечал: «они не любят пляски и думают, что она унизительна для их важности». В. Михневич производит изречение преподобного Нифона о том, что «плясания, плескания собирают около себя студные бесы. А кто любит всласть гусли и пение, плескание, плясания, тот чтит темного беса». Особенно строгие запреты на развлечения касались женского пола.
Во времена Лжедмитрия I в России предпринимались попытки организовать первые светские танцевальные собрания, но в них принимало участие ограниченное число людей, приближенных ко двору, и это нововведение не смогло укорениться в России, а после падения Лжедмитрия было предано забвению почти на сто лет.
Танцевальные собрания возобновляются в России в переломное время, в один из самых сложных периодов ее истории. Петр I не только «прорубил окно в Европу», изменив тем самым геополитическое значение Российской империи, не только расширил ее географические границы, но внес коренные изменения в систему управления страной, радикально обновил все ее общественное устройство. Бальная культура постепенно становится неотъемлемой составляющей жизни россиян, а танец получает «официальную прописку» на светских собраниях России.
Общественные собрания с привлечением лиц обоих полов – ассамблеи - Петр I начал устраивать в самом начале XVIII. Мысль об устройстве собраний с танцами зародилась у Петра I после его возвращения из Франции и Голландии: слишком сильное впечатление произвело на него подобное времяпровождение.
Изданный им указ гласил: «Ассамблея – слово французское, которое на русском языке одним словом выразить невозможно; обстоятельно сказать, вольное в котором доме собрания или съезд делается не только для забавы, но и для дела; ибо тут можно друг друга видеть и о всякой нужде переговорить, также слышать, что где делается; притом, же и забава. А каким образом оныя ассамблеи отправлять, определяется ниже сего пунктом, покамест в обычай не войдет:
1) В котором доме имеет ассамблея быть, то надлежит письмо или иным знаком объявлять людям, куда вольно всякому придтить как мужскому, так и женскому.
2) Ранее пяти или четырех не начинается, а далее десяти пополудни не продолжается.
3) Хозяин не повинен гостей ни встречать, ни провожать, ни потчевать и не точию выше писанное не повинен чинить, но хотя и дома не случится оного, нет ничего; но токмо повинен несколько покоев очистить, столы, свечи, питье, употребляемое в жажду, кто просит, игры, на столах употребляемые.
4) Часы не определяются, в котором быть, но кто в котором хочет, лишь бы не ранее и не позже положенного времени; также тут быть сколько кто хочет и отъезжать волен когда хочет.
5) Во время бытия в ассамблее вольно сидеть, ходить, играть, и в том никто другому перешкодить или унимать; также церемонии делать вставанием и прочим отнюдь да не дерзает под штрафом Великого орла, но только при приезде и отъезде поклоном почить должно.
6) Определяется, каким чинам на оныя ассамблеи ходить, а именно: с высших чинов до обер-офицеров и дворян, также знатным купцам и начальным мастеровым людям, тоже знатным приказным; тоже разумеется, и о женском поле, их жен и дочерей.
7) Лакеям или служителям в те апартаменты не входить, но быть в сенях или где хозяин определит, также в Австерии (ресторане – А.К.), когда и в прочих местах будут балы или банкеты, не вольно выше описанным служителям в те апартаменты входить кроме вышеозначенных мест».
Ассамблеи проводились обычно между Рождеством и Великим постом – это время обычно ознаменовывалось прекращением военных действий. На ассамблее созывали барабанным боем, а также прикрепленными на перекрестках объявлениями. Очередности проведения ассамблей в доме того или иного чиновника не было. Место проведения первой ассамблеи определял обычно сам император, далее выбор места зависел от обер-полицмейстера в Петербурге и коменданта в Москве. Так как к ассамблеям относились как к делу государственной важности, они проводились под бдительным наблюдением полиции, в обязанность которой входила тщательная проверка готовности помещения к проведению собрания и приему гостей.
Первыми учителями танцевального искусства в России были иностранцы – пленные шведские офицеры. Впоследствии из-за границы стали выписывать танцмейстеров в задачи, которых помимо обучения танцевальному искусству входило также преподавание хороших манер – танцмейстер получал должность «преподавателя танцев, учтивости и комплемента». Вскоре преподавание бальных танцев было введено в качестве обязательного предмета в казенных учебных заведениях, что подчеркнуло значимость осуществляемых Петром реформ в системе общественного устройства.
Учитывая ту настороженность, с которой были встречены ассамблеи в начале своего существования в России, и традиционное неприятие танца служителями культа, вызывает удивление тот факт, что новые формы этикетного общения затронули даже церковную среду, включая черное духовенство. Согласно указу первоприсутствующего в Сидоне, с 1723 года учреждались ассамблеи в московских монастырях. 29 декабря 1723 года была проведена первая ассамблея у архимандрита Донского монастыря на которую были приглашены президент Сидона архиепископ новгородский Феодосий, архиепископ Крутитский Леонид, архиепископы московских монастырей, чиновники синодальной конторы. Однако данное нововведение нашло отклик не у всех служителей культа. Так, митрополит казанский Сильверст, поборник строгих нравов, выражал свое возмущение в доносе на инициатора ассамблеи Феодосия следующим образом: «Оставя церковные службы и монашеское преданное правило, уставил у себя самлеи с музыкою и тешился в карты и шахматы и в том ненасытно забавлялся».
Появление ассамблей повлияло на разрушение и других традиций русского общества. Так, одним из главных нововведений было высвобождение женщины из плена запретов, наложенных «теремной культурой». «Женщина на петровских ассамблеях приобретает статус «царицы бала». (Само понятие «царицы бала» - от немецкого «Ball köniģin» - впервые появилось в Германии в начале XVIII века: в Лейпциге был установлен обычай выбирать из присутствующих на балу «церемониймейстеров» и «царицу бала», им предоставлялось право устанавливать очередность танцев в течение всего вечера.) На собраниях утвердился обычай, напоминающий времена царских турниров: хозяин преподносил букет цветов одной из дам, которая и становилась «царицей бала». Она распоряжалась на ассамблее. По окончании собрания она передавала цветы кавалеру, в доме которого желала бы иметь следующее собрание. Он, в свою очередь, обязан был накануне назначенного в его доме собрания отблагодарить даму, послав ей пару перчаток, веер и букет цветов. Этот «Рыцарский» обычай просуществовал до екатерининских времен. Подобное возвышение положения женщин было неслучайно. Е. Дуков отмечает, что «здесь в своеобразной форме всплывает непрожитые России элементы средневековой рыцарской эстетики – демонстрации культа «чужой» дамы, как в прочем, и для дамы – демонстративного выбора чужого кавалера». Ассамблеи предоставляли даме возможность инициативного выбора кавалера. Примером этого может служить менуэт, который в XVIII веке был белым танцем».
Секуляризация культуры во времена Петра I не смогла изменить отношение русского общества к искусству танца. Следует отметить, что и в последующие эпохи негативное отношение к бальной культуре в общественном сознании будет сохраняться. Неоднократно в различных наставлениях молодым людям по правилам этикета можно будет встретить откровенное порицание танцев.
Похожие настроения, включающие в себя настороженное отношение к танцевальным собраниям, характеризует и художественное сознание. Бал губит Нину Лермонтова («Маскарад») Нину Баратынского («Бал»), он развращает Анну Чехова («Анна на шее») и признает сумасшествие Чацкого («Горе от ума»). Уже в XX веке лирико-трагическую сущность бала ощущал Б.Л. Пастернак, озаглавив два свои стихотворения «Вальс со слезой» и «Вальс с чертовщиной».
У В.Ф. Одоевского бал превращается в подлинную пляску смерти.
Напряжение нарастает, инфернальное (адское) начало бала просматривается все сильнее... Апофеозом в русской литературе становится «Великий бал у сатаны» из романа Булгакова «Мастер и Маргарита»

«Русский стиль» в бальной культуре

В России бал приобрел черты, отличающие его от западноевропейской традиции. Особенность Русского бала можно выразить формулой – «русского в русском бале больше, чем французского во французском.» Европейский бал – поликультурен, русский – национально специфичен. Объяснение этого феномена, вероятно, кроется как в особенностях русского национального характера, так и в том, что становление бальной культуры в России произошло с большим опозданием по сравнению с другими странами Европы.
На танцевальных собраниях в России могли использоваться полонез (польский), немецкий вальс и французскую кадриль, но при этом измена ощущалась влиянием русской национальной культуры. Традиция обращения к русской народной теме на дворянских увеселительных собраниях корнями в допетровские времена, когда русских царей развлекали женскими хороводами и мужскими плясками. Говоря о событиях начала XVIII века, некоторые ученые указывают на тот факт, что процесс заимствования европейских идей и ценностей, имевших место в петровские времена, носил искусственный характер и был чужд базовым ценностям России; кроме того, насильственная европеизация способствовала расколу общества и обособлению элитной культуры. Однако пишет М.С. Каган подобное мнение не совсем верно. Перенося ассамблеи в начале XVIII века на русскую почву, Петр I стремился не к разобщению, а к консолидации общества и приобщению максимального количества людей к достижениям европейской цивилизации. Именно поэтому посещение ассамблей было обязательным для представителей разных социальных слоев. Более объективной представляется точка зрения, согласно которой идея Петра заключалось не в желании заменить традиционную русскую культуру новой – европейской, а в стремлении синтезировать обе культурные традиции, «непросто заимствовать, перенимать, пересаживать на русскую почву достижения западной культуры, а, осваивая их, создавать свое, оригинальное, синтезирующее самобытное с западным». Подобный синтез мы наблюдаем и на петровских ассамблеях: поклоняясь всему новому, здесь не забывали и о традиции. Так, одним из пережитков старины было исполнение русских народных танцев на светских собраниях. Причем подобные танцы не только не запрещались, а, наоборот поощрялись императором. Возможно, этим объясняется тот факт, что традиция исполнения русских народных танцев прижилась на балах в России, став одной из отличительных черт светских собраний.
Очень любила русскую пляску Анна Иоанновна, и без этого не обходилось ни одно танцевальное собрание. Для исполнения русских танцев на придворные балы часто приглашались гвардейские унтер-офицеры с женами, им помогали и придворные кавалеры. «Женщины ходили павами, плыли лебедем; мужчины кружились, вертелись и кончали бешенным трепаком.»
Шведский ученый Карл Рейнхольд Берк в «Путевых заметках о России» восхищался простыми крестьянскими русскими танцами, которые приближенные и даже лица царской фамилии исполняли на балах «показывая тем самым, что ценят не одно только иностранное».
При Елизавете Петровне взаимодополнение двух культурных традиций в западноевропейской и исконно русской – приобрело еще более яркий характер. Смешение европейского и русского уклада в жизни создало особый сплав, особую модель поведения: с придворного маскарада шли в церковь, а оттуда – на народное гуляние. Елизавета, хорошо знакомая и с европейской школой салонного танца, и с элементами русской народной танцевальной культуры внесла огромный вклад в дело создания «облагороженного», «окультуренного» стиля русского танца. В царствование Елизаветы Петровны балетмейстер Ж. Ланде в 1744 году поставил русский народный танец на театральных подмостках. В елизаветинскую эпоху «казачок» и «русская» оформляются танцмейстерами как новые салонные бальные танцы, которые не имели западных аналогов и исполнялись в бальных залах вплоть до XX века. Мода на «русский стиль» не ограничилась императорским двором и вскоре проникла даже в провинцию: там, на дворянских балах, нередко можно было заметить, как элементы отечественной культуры брали вверх над европейской – торжественный менуэт уступал место русской пляске.
Стремление сохранить и укрепить самобытность русской нации, оградить ее от чуждых «русской душе» элементов европейской культуры пародируя непрекращающиеся споры о назначении России, особенностях национального характера, своеобразии русской культуры. Наиболее остро этот спор выразился в XIX веке в противостоянии славянофилов и западников, которое оказало большое влияние на развитие всей культуры нашей страны. И результатом этой полемики, в частности, стали поиски национального духа, национальные идеи в различных сферах творческой деятельности. По – своему эти искания проявлялись и в бальной культуре, о чем свидетельствует многочисленные костюмированные балы, стилизованные под «русскую тему», участники которых облачались в старинные русские наряды танцевали русские народные танцы, слушали народные песни. Обращение к народной культуре стало одним из направлений эволюции бальной культуры.
«Русская тема» могла быть стержнем бала, подчиняя себе все его элементы, а могла выступать лишь в качестве одного из мотивов праздника. Так происходило на традиционных московских костюмированных балах в доме С.Н. Римского – Корсаково. В 1846 году праздник в его особняке украсила славянская кадриль, перед которой было устроено шествие в русских народных костюмах. Открывал процессию карлик с березой в руках, на которой были прикреплены разноцветные ленты с русскими народными пословицами и поговорками (в этом отчетливо просматривается народная традиция празднования Семика – Троицы, включающая обряд «завивания березки», который совершали девушки.) Завершилось шествие большим хороводом. Праздник следующего года был проведен с еще большим размахом. В нем принимало участие более 300 человек, а центральным эпизодом стало инсценированное Нижегородская ярмарка. Хозяева встречали гостей, по русскому обычаю, хлебом – солью.
Последний костюмированный бал в Зимнем дворце прошел в 1903 году он был стилизован под Россию XVII века. Накануне Русско-японской войны обращение к «русской теме» было особенно актуально. К этим балам готовились с особым усердием и даже провели своеобразную репетицию в Эрмитажном театре. Балы прошли с невиданным размахом и стали настоящим событием тех лет.
Автор статьи:


Саверкина Наталья Игоревна - педагог дополнительного образования первой квалификационной категории, руководитель коллектива эстрадно-джазового танца и педагог-хореограф ансамбля народной песни «Купавушка».
Работает с детьми 7-17 лет.

Категория: Статьи методического кабинета ЦХО МГДД(Ю)Т | Добавил: defaultNick (15.02.2013) | Автор: Саверкина Наталья Игоревна W
Просмотров: 5646 | Комментарии: 1 | Теги: Саверкина Наталья Игоревна | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 1
1 niki_543   (25.02.2014 06:28)
smile Спасибо! Очень замечательная и познавательная статья!
Может быть кому нить пригодится здесь можно скачать электронную презентацию Факты о балах и балах http://www.bibliotechnaya-tusovka.ru/glavnaya/interesno/skromnenko-i-so-vkusom.html

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]